За кулисами романа: живопись
Jun. 20th, 2020 06:30 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
melbaКогда-то я начала серию постов о том, как писалась моя первая книжка: что из описанного было реальным, а что нет, откуда я брала те или иные факты и каким был исторический и культурный контекст. Тогда я так и не смогла подступиться к теме живописи, которая занимает в романе огромное место. А теперь, перечитав его частями, пока готовила к выкладке, я подумала: почему бы не возродить эту рубрику? Так что снова приглашаю всех желающих на писательскую кухню :)
Моими основными источниками в этой области были библиотечные книги по истории искусства, как австралийского, так и европейского, а также иллюстрированные журналы начала 20 века. Был у меня и настоящий консультант – Настя![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
shadow_stasia, художник, писатель, математик и просто замечательный человек, к которому можно было обратиться с любым вопросом в любое время дня и ночи :). Настина помощь также очень пригодилась мне при редактировании книги. Однако главную задачу мне предстояло решить самой. Об этом чуть ниже, а пока – что же представляла собой Австралия с точки зрения живописца? Понятно, что суровая колония не располагала к сантиментам: первые поселенцы были людьми простыми, и долгое время искусство считалось в Австралии ненужной роскошью. Мужчины-художники воспринимались многими как бездельники вплоть до 1920-х. Для женщин живопись и позже считалась приемлемой лишь как «элегантное времяпрепровождение», но ни в коем случае не профессия: искусство вообще ассоциировалось с богемностью и аморальностью.
Это безобидное полотно и есть та самая «Пастораль», которая упоминается в одном из эпизодов книги. Написанная в 1888 австралийским художником Артуром Стритоном, картина долгое время висела в частной коллекции, а затем была выставлена на продажу с дырками в холсте: судя по всему, подвыпившие гости дома решили пострелять по нарисованным коровам. В наше время Стритон, как и другие художники так называемой «Гейдельбергской школы», очень высоко ценятся у себя на родине – ведь они первыми создали настоящую австралийскую живопись.
Эта работа Тома Робертса, другого участника «Гейдельбергской школы», не раз упоминается в романе. Она называется «Аллерго кон брио – Бурк-стрит-Вест». При взгляде на нее кому-то могут вспомниться французские импрессионисты – в частности, Клод Моне и его «Бульвар Капуцинок». Это неудивительно, ведь молодое поколение мельбурнских художников в конце 19 века вдохновлялись именно импрессионистами. Но к тому времени, когда этот стиль пришел в Австралию, в Европе он уже успел устареть. И дело тут даже не в расстояниях: информация на рубеже веков распространялась быстрее, чем когда-либо прежде. А вот художественная среда здесь еще долго оставалась чудовищно консервативной. До 1880-х в мельбурнской Школе искусств даже не преподавали рисование обнаженной натуры, и студенты-мужчины сами скинулись и пригласили первую модель (тоже мужчину). Примерно в это же время из местной Национальной галереи с позором изгнали знаменитую «Хлою».
Можно себе представить, каково было в такой среде яркому таланту. Конечно, возможности постепенно расширялись, и уже в начале 20 века самые способные студенты художественных школ могли получить стипендию на обучение за границей. В их числе были и женщины. Констанс Дженкинс стала первой студенткой школы Национальной галереи, получившей такую стипендию. Картина, которая принесла ей победу в конкурсе, висит сейчас в этой самой галерее на бульваре Сент-Килда.
Constance L. Jenkins (1883-1961). Friendly critics, 1907.
Тем, кто после обучения возвращался в Австралию просвещенным и вдохновленным, приходилось здесь нелегко. Ванесса, героиня книги, поначалу находится в самом выгодном положении, поскольку её искусство – прикладное. Ремесла (crafts) считались истинно женским занятием, в отличие от живописи. Мало-помалу и это менялось: художницы объединялись в общества и пытались бороться за свои права. Об этом в книге тоже немного рассказано. Кстати, одна из второстепенных героинь, Грейс, имеет реальный прототип. Janet Cumbrae Stewart действительно жила в то время в Мельбурне и писала нежнейшие пастели – в основном женскую обнаженную натуру, но не только. Вот, например, ее автопортрет в юности:
Однако Ванессе пришлось гораздо трудней, чем всем ее соратницам, ведь судьба в лице автора одарила ее способностью заглядывать в бездну. Она сумела не только предсказать судьбы своих близких (и свою собственную), но и в своем творчестве предвидела то, что еще даже не начало зарождаться. Мне хочется оставить маленькой тайной, кого из реальных художников я взяла за образец её живописной манеры (в глубине души всякому автору хочется верить, что кто-нибудь когда-нибудь поймет его без подсказок). Могу сказать лишь, что путь Ванессы к ее истинному призванию стал для меня самой трудной и самой важной задачей при работе над книгой.
Фредерик Маккабин, «Старая конюшня». 1884.
Талант, даже самый яркий, развивается не в вакууме: на него, как и на любого из нас, с раннего детства влияет множество факторов. Пейзажи вокруг, сны и воспоминания, случайно подсмотренная картинка в журнале и песня, долетевшая из чьего-то окна – всё это формирует наши эстетические вкусы и восприятие мира. Консервативная и лишенная культурного багажа Австралия была в начале 20 века одним из худших мест на свете для тех, кто склонен плыть против течения. Пока гейдельбергские художники писали свои пронизанные солнцем пейзажи, в Европе уже зарождался модернизм. Итальянцы опубликовали в 1910 «Манифест футуристов», лондонская публика в том же году смеялась над Гогеном и Сезанном, а немцы, начитавшись Фрейда, изобрели яркий и страшный экспрессионизм. Ванессе всё это негде было впитать. Зато у нее был Блейк.
Художник, поэт, визионер и мыслитель, он стал для меня настоящим открытием. А для моей героини он оказался проводником в будущее. Все прочие влияния – скандальный Норман Линдси на стене у подруги, аборигенское искусство – не более чем недостающие частицы паззла, и найти их было лишь вопросом времени.
Страница из книги «Аборигенские племена Центральной Австралии», которую Ванесса купила в книжной аркаде Коула.
Когда я собирала иллюстрации для этого поста, мне пришла в голову идея сделать этакий путеводитель по роману – что-то вроде справочника с картинками. Можно было бы организовать его в виде словарных статей или тематических разделов и выложить в виде бесплатной электронной книжки. Буду рада любым мнениям и идеям на этот счет!
Моими основными источниками в этой области были библиотечные книги по истории искусства, как австралийского, так и европейского, а также иллюстрированные журналы начала 20 века. Был у меня и настоящий консультант – Настя
shadow_stasia, художник, писатель, математик и просто замечательный человек, к которому можно было обратиться с любым вопросом в любое время дня и ночи :). Настина помощь также очень пригодилась мне при редактировании книги. Однако главную задачу мне предстояло решить самой. Об этом чуть ниже, а пока – что же представляла собой Австралия с точки зрения живописца? Понятно, что суровая колония не располагала к сантиментам: первые поселенцы были людьми простыми, и долгое время искусство считалось в Австралии ненужной роскошью. Мужчины-художники воспринимались многими как бездельники вплоть до 1920-х. Для женщин живопись и позже считалась приемлемой лишь как «элегантное времяпрепровождение», но ни в коем случае не профессия: искусство вообще ассоциировалось с богемностью и аморальностью.Это безобидное полотно и есть та самая «Пастораль», которая упоминается в одном из эпизодов книги. Написанная в 1888 австралийским художником Артуром Стритоном, картина долгое время висела в частной коллекции, а затем была выставлена на продажу с дырками в холсте: судя по всему, подвыпившие гости дома решили пострелять по нарисованным коровам. В наше время Стритон, как и другие художники так называемой «Гейдельбергской школы», очень высоко ценятся у себя на родине – ведь они первыми создали настоящую австралийскую живопись.
Эта работа Тома Робертса, другого участника «Гейдельбергской школы», не раз упоминается в романе. Она называется «Аллерго кон брио – Бурк-стрит-Вест». При взгляде на нее кому-то могут вспомниться французские импрессионисты – в частности, Клод Моне и его «Бульвар Капуцинок». Это неудивительно, ведь молодое поколение мельбурнских художников в конце 19 века вдохновлялись именно импрессионистами. Но к тому времени, когда этот стиль пришел в Австралию, в Европе он уже успел устареть. И дело тут даже не в расстояниях: информация на рубеже веков распространялась быстрее, чем когда-либо прежде. А вот художественная среда здесь еще долго оставалась чудовищно консервативной. До 1880-х в мельбурнской Школе искусств даже не преподавали рисование обнаженной натуры, и студенты-мужчины сами скинулись и пригласили первую модель (тоже мужчину). Примерно в это же время из местной Национальной галереи с позором изгнали знаменитую «Хлою».
Можно себе представить, каково было в такой среде яркому таланту. Конечно, возможности постепенно расширялись, и уже в начале 20 века самые способные студенты художественных школ могли получить стипендию на обучение за границей. В их числе были и женщины. Констанс Дженкинс стала первой студенткой школы Национальной галереи, получившей такую стипендию. Картина, которая принесла ей победу в конкурсе, висит сейчас в этой самой галерее на бульваре Сент-Килда.
Constance L. Jenkins (1883-1961). Friendly critics, 1907.
Тем, кто после обучения возвращался в Австралию просвещенным и вдохновленным, приходилось здесь нелегко. Ванесса, героиня книги, поначалу находится в самом выгодном положении, поскольку её искусство – прикладное. Ремесла (crafts) считались истинно женским занятием, в отличие от живописи. Мало-помалу и это менялось: художницы объединялись в общества и пытались бороться за свои права. Об этом в книге тоже немного рассказано. Кстати, одна из второстепенных героинь, Грейс, имеет реальный прототип. Janet Cumbrae Stewart действительно жила в то время в Мельбурне и писала нежнейшие пастели – в основном женскую обнаженную натуру, но не только. Вот, например, ее автопортрет в юности:
Однако Ванессе пришлось гораздо трудней, чем всем ее соратницам, ведь судьба в лице автора одарила ее способностью заглядывать в бездну. Она сумела не только предсказать судьбы своих близких (и свою собственную), но и в своем творчестве предвидела то, что еще даже не начало зарождаться. Мне хочется оставить маленькой тайной, кого из реальных художников я взяла за образец её живописной манеры (в глубине души всякому автору хочется верить, что кто-нибудь когда-нибудь поймет его без подсказок). Могу сказать лишь, что путь Ванессы к ее истинному призванию стал для меня самой трудной и самой важной задачей при работе над книгой.
Фредерик Маккабин, «Старая конюшня». 1884.
Талант, даже самый яркий, развивается не в вакууме: на него, как и на любого из нас, с раннего детства влияет множество факторов. Пейзажи вокруг, сны и воспоминания, случайно подсмотренная картинка в журнале и песня, долетевшая из чьего-то окна – всё это формирует наши эстетические вкусы и восприятие мира. Консервативная и лишенная культурного багажа Австралия была в начале 20 века одним из худших мест на свете для тех, кто склонен плыть против течения. Пока гейдельбергские художники писали свои пронизанные солнцем пейзажи, в Европе уже зарождался модернизм. Итальянцы опубликовали в 1910 «Манифест футуристов», лондонская публика в том же году смеялась над Гогеном и Сезанном, а немцы, начитавшись Фрейда, изобрели яркий и страшный экспрессионизм. Ванессе всё это негде было впитать. Зато у нее был Блейк.
Художник, поэт, визионер и мыслитель, он стал для меня настоящим открытием. А для моей героини он оказался проводником в будущее. Все прочие влияния – скандальный Норман Линдси на стене у подруги, аборигенское искусство – не более чем недостающие частицы паззла, и найти их было лишь вопросом времени.
Страница из книги «Аборигенские племена Центральной Австралии», которую Ванесса купила в книжной аркаде Коула.
Когда я собирала иллюстрации для этого поста, мне пришла в голову идея сделать этакий путеводитель по роману – что-то вроде справочника с картинками. Можно было бы организовать его в виде словарных статей или тематических разделов и выложить в виде бесплатной электронной книжки. Буду рада любым мнениям и идеям на этот счет!
