![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
melbaВ этот раз программа посещения Хобарта у меня была особенно активной: в среду – концерт, в четверг – сельскохозяйственная выставка, о которой я только что рассказывала. А третий день я собиралась посвятить исследованию хобартских велодорожек, взяв железного коня напрокат. Накануне вечером, после закрытия выставки, я решила съездить погулять в Северный Хобарт. Погода была отличная, район этот, который я не очень оценила в первый свой визит, вдруг показался уютным и красивым, и я с удовольствием бродила по нему, предвкушая завтрашнюю прогулку.
Тогда я еще не знала, что в этот приезд меня будут поджидать не только приятные сюрпризы.
Сидя в кафешке со стаканом горячего шоколада – как утверждают на одном сайте, лучшего в Хобарте – я мечтала о том, как буду завтра кататься по новым живописным дорожкам, любуясь видами на реку и яхты.
В том, что дорожки окажутся живописными, сомнений не было – достаточно взглянуть на карту (они там помечены зеленым):
Погоду на завтра обещали солнечную, и, нагулявшись, я в отличном настроении отправилась в свой мотель. Наутро за окном обнаружились тучки, однако переменчивость тасманийской погоды оставляла надежду, что всё еще наладится. Я приехала в Сити, где находилась прокатная контора. Еще дома я решила, что возьму электрический велосипед – очень уж было любопытно, что это за зверь такой. Хозяин конторы посмотрел на меня критически и не очень уверенно сказал, что велосипед, вообще-то, довольно тяжелый. Но попробовать все-таки хотелось.
Этот агрегат – самоделка хозяина-энтузиаста: к обычному велосипеду приделан мотор, который усиливает работу педалей. То есть, для того чтобы ехать, их все-таки надо крутить, но делать это гораздо легче, особенно в горку. Если не злоупотреблять и использовать минимальное усиление, то аккумулятора может хватить километров на сто.
Велик был явно побитым жизнью и скрипел, как несмазанная телега, а к тому же действительно оказался тяжелым и непривычным в управлении. Какое-то время я колебалась, а потом подумала, что не стоит упускать шанса попробовать что-нибудь новое. На том и порешили.
Набрав распечаток с картами, я тронулась в путь, благо дорожка до северных и восточных пригородов начинается практически от самой конторы. Чтобы попасть на другой берег, к самым притягательным (теоретически) маршрутам, надо было пересечь реку по огромному Тасманову мосту. Прежде я ездила по нему только на машине и автобусе, и мне казалось, что на двух колесах можно полнее оценить грандиозность этого инженерного сооружения (для тех, кто забыл, как оно выглядит, – фото).
Едва я взобралась по рампе к началу моста, в моей голове просвистела мысль:WTF?! «И вот по этому мне придется ехать?!» Пешеходно-велосипедная дорожка, зажатая между двумя решетчатыми оградами, была не просто узкой, а очень узкой – аккурат на один велосипед. Ехать надо было ровно, как по струнке, чтобы не зацепиться рулем за решетку, а чужой громоздкий агрегат как-то не вселял уверенности в себе. О том, что будет, если навстречу мне поедет или пойдет кто-то еще, думать совсем не хотелось. О грандиозности я тоже больше не вспоминала, и чем дальше, тем сильнее становилось желание, чтобы этот (#$%!) мост скорее закончился.
Когда я потом искала в интернете фотографии этой дорожки, чтобы проиллюстрировать пост (самой мне, понятное дело, было не до фотографирования), то обнаружила немало «ласковых» слов в ее адрес. Кто-то с возмущением писал, что вообще туда не пролез, т.к. велик был нестандартный (кажется, лежачий). А из другого блога я узнала, что совсем недавно, пока не построили рампу, на мост надо было забираться по лестнице! А я-то воображала себе Хобарт раем для велосипедистов.
Как бы то ни было, мост я преодолела без потерь и, утерев пот со лба, покатила в сторону тех самых расчудесных дорожек, которые присмотрела по карте. Очень скоро узкая полоска раздолбанного асфальта свернула в лес и начала там петлять. Никакими видами на город и реку даже не пахло, но я продолжала ехать и ехать, пока на крутом повороте с грохотом не навернулась.
В первый момент мне показалось, что велосипед убился всмятку и придется звонить хозяину, чтобы он забрал меня вместе с этим металлоломом. Собственные ушибы и порезы на этом фоне были лишь необязательным дополнением: понятно было и так, что мое катание на сегодня закончилось. При ближайшем рассмотрении обнаружилось, что оба мы подаем явные признаки жизни. Хоть что-то, подумала я; смогу теперь добраться до прокатной конторы своим ходом. Исследовать эти неприветливые дорожки расхотелось совершенно, вдобавок болела рука и нога. Небо, вопреки всем прогнозам, оставалось пасмурным, но меня это не удивляло: если уж день не задался, то сразу по всем фронтам.
Я позвонила мужу, чтобы поделиться подробностями своего бесславного приключения, а он вдруг посоветовал мне ехать дальше, если ни со мной, ни с великом не случилось ничего серьезного. Мысль об этом не вызывала у меня никакого энтузиазма; с другой стороны, до самолета была еще куча времени, а гулять в таком мрачном настроении где-то в городе тоже не хотелось. Так что, поразмыслив, я собрала себя и велосипед и со скрипом (во всех смыслах) продолжила путь.
Очень скоро дорожка вышла из леса, и показались те самые виды, которые я навоображала себе раньше. Я залила стресс чашкой кофе в кафешке, подвернувшейся очень кстати, и выехала на набережную. Дорожка становилась всё приличней – широкая, ровная, относительно прямая, с лавочками и туалетами по пути.
Да и пейзажи вокруг всё чаще притягивали взгляд, так что приходилось то и дело слезать с велика, чтобы ими полюбоваться.
Спустившись с холма, я заметила тропинку, ведущую на пляж, и потащилась с неповоротливым конем по песку, чтобы рассмотреть поближе эти хрупкие песчаниковые образования.
Берег был совершенно дивный, и мне стало радостно от того, что я все-таки добралась до этих мест.
Были здесь и мои любимые «природные аквариумы» – приливные бассейны, о которых я уже не раз писала.
В районе Howrah, за тем самым пляжем, куда я ездила «на пленэр» в мае, велодорожка закончилась, и я решила, что пора поворачивать назад. Снова ехать по Тасманову мосту ужасно не хотелось, но выбора не было: другой мост находится больше чем в пяти километрах вверх по течению, а налаженной паромной переправы в Хобарте нет. С грехом пополам перебравшись на другой берег, я покатила в ботанический сад, надеясь полюбоваться весенним цветением. Цветение не поразило размахом и великолепием, так что я сделала всего пару кадров для проформы. Перед поездкой я купила телескопический штатив, чтобы поснимать крутую себя на велосипеде в Хобарте. Однако с крутизной в этот раз как-то не задалось.
У меня еще оставалось время до крайнего срока сдачи велика, и я решила зарулить в один музей, в который всё никак не удавалось попасть.
Это скромное сооружение – аккуратно воссозданная копия хижины, в которой жили и работали участники Австралийской антарктической экспедиции 1911–1914 годов (очень качественная и подробная статья, рекомендую). Оригинал по-прежнему стоит на мысе Дэнисон, и за сто лет климат этой части Антарктики – самый суровый на Земле – изрядно поистрепал историческое наследие. Чтобы собрать денег на его восстановление, а заодно рассказать людям об экспедиции, и построили эту копию – на том самом месте, откуда стартовало в далекий летний день китобойное судно «Аврора». На его борту плыли ученые, инженеры, погонщики собачьих упряжек, фотограф и хирург, а с ними вместе – всё, что нужно было для жизни в неисследованной опасной земле: провизия, инструменты, оборудование и топливо, отборные гренландские лайки и скандинавская древесина для постройки хижин. Для музейной копии специально заказывали балтийскую сосну с той же самой лесопилки.
Музей кажется маленьким снаружи, но экспозиция там очень обширная: фотографии, документы, артефакты и даже кинохроника, сделанная участниками экспедиции. А центральное место занимают восстановленные интерьеры. Восемнадцать человек во главе с организатором путешествия, геологом Дугласом Моусоном, ютились в этой единственной жилой хижине, которую сами и построили, пробивая динамитом отверстия для свай.
Помимо важных и нужных вещей, необходимых для выживания и работы, участники экспедиции привезли с собой частички уютного, привычного мира, чтобы скрасить суровые будни: книги, фотографии родных и любимых, музыкальные записи. Легко себе представить, как умиротворяюще звучал голос оперной дивы Нелли Мельбы на фоне завывающих снаружи антарктических ветров.
В отличие от обычных музеев, здесь нет подлинных предметов – только копии. Поэтому можно без опасения всё трогать и рассматривать, в том числе эти винтажные кошки-снегоходы.
Незаметно наступило пять часов, и я поехала в прокатную контору, размышляя попутно о том, каким трудом и какими жертвами (не все члены экспедиции вернулись из нее живыми) человеку дается знание. Сдав велик, я сконфуженно призналась, что пережила вместе с ним «небольшое происшествие». «Авария, – понимающе кивнул хозяин. – Это со многими случается». После осмотра он утешил меня, что серьезных поломок нет и он быстро всё это починит. «Спасибо, что рассказали, – добавил он кротко. – Тут люди на днях тоже попали в аварию, так они просто поставили велик в угол и тихонько ушли». Там, куда он указывал, стояла голая рама без колес. Подившись философскому спокойствию хозяина, я распрощалась с ним и отправилась на поиски ужина. До автобуса в аэропорт оставался час.
А потом, в самолете, я поймала себя на том, что мне приятно вспоминать этот день. Конечно, мне далеко до героических покорителей полюса. Да что там говорить – до настоящих велопутешественников мне тоже как до Луны пешком, и читая отчеты![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
cfagnum, которая пересекла на двух колесах всю Норвегию с юга на север, я могу лишь восторженно ахать и охать. Но у меня было теперь собственное маленькое приключение, и я была очень рада, что все-таки не сдалась и проехала эти несчастные тридцать километров по Хобарту.
Тогда я еще не знала, что в этот приезд меня будут поджидать не только приятные сюрпризы.
Сидя в кафешке со стаканом горячего шоколада – как утверждают на одном сайте, лучшего в Хобарте – я мечтала о том, как буду завтра кататься по новым живописным дорожкам, любуясь видами на реку и яхты.
В том, что дорожки окажутся живописными, сомнений не было – достаточно взглянуть на карту (они там помечены зеленым):
Погоду на завтра обещали солнечную, и, нагулявшись, я в отличном настроении отправилась в свой мотель. Наутро за окном обнаружились тучки, однако переменчивость тасманийской погоды оставляла надежду, что всё еще наладится. Я приехала в Сити, где находилась прокатная контора. Еще дома я решила, что возьму электрический велосипед – очень уж было любопытно, что это за зверь такой. Хозяин конторы посмотрел на меня критически и не очень уверенно сказал, что велосипед, вообще-то, довольно тяжелый. Но попробовать все-таки хотелось.
Этот агрегат – самоделка хозяина-энтузиаста: к обычному велосипеду приделан мотор, который усиливает работу педалей. То есть, для того чтобы ехать, их все-таки надо крутить, но делать это гораздо легче, особенно в горку. Если не злоупотреблять и использовать минимальное усиление, то аккумулятора может хватить километров на сто.
Велик был явно побитым жизнью и скрипел, как несмазанная телега, а к тому же действительно оказался тяжелым и непривычным в управлении. Какое-то время я колебалась, а потом подумала, что не стоит упускать шанса попробовать что-нибудь новое. На том и порешили.
Набрав распечаток с картами, я тронулась в путь, благо дорожка до северных и восточных пригородов начинается практически от самой конторы. Чтобы попасть на другой берег, к самым притягательным (теоретически) маршрутам, надо было пересечь реку по огромному Тасманову мосту. Прежде я ездила по нему только на машине и автобусе, и мне казалось, что на двух колесах можно полнее оценить грандиозность этого инженерного сооружения (для тех, кто забыл, как оно выглядит, – фото).
Едва я взобралась по рампе к началу моста, в моей голове просвистела мысль:
Когда я потом искала в интернете фотографии этой дорожки, чтобы проиллюстрировать пост (самой мне, понятное дело, было не до фотографирования), то обнаружила немало «ласковых» слов в ее адрес. Кто-то с возмущением писал, что вообще туда не пролез, т.к. велик был нестандартный (кажется, лежачий). А из другого блога я узнала, что совсем недавно, пока не построили рампу, на мост надо было забираться по лестнице! А я-то воображала себе Хобарт раем для велосипедистов.
Как бы то ни было, мост я преодолела без потерь и, утерев пот со лба, покатила в сторону тех самых расчудесных дорожек, которые присмотрела по карте. Очень скоро узкая полоска раздолбанного асфальта свернула в лес и начала там петлять. Никакими видами на город и реку даже не пахло, но я продолжала ехать и ехать, пока на крутом повороте с грохотом не навернулась.
В первый момент мне показалось, что велосипед убился всмятку и придется звонить хозяину, чтобы он забрал меня вместе с этим металлоломом. Собственные ушибы и порезы на этом фоне были лишь необязательным дополнением: понятно было и так, что мое катание на сегодня закончилось. При ближайшем рассмотрении обнаружилось, что оба мы подаем явные признаки жизни. Хоть что-то, подумала я; смогу теперь добраться до прокатной конторы своим ходом. Исследовать эти неприветливые дорожки расхотелось совершенно, вдобавок болела рука и нога. Небо, вопреки всем прогнозам, оставалось пасмурным, но меня это не удивляло: если уж день не задался, то сразу по всем фронтам.
Я позвонила мужу, чтобы поделиться подробностями своего бесславного приключения, а он вдруг посоветовал мне ехать дальше, если ни со мной, ни с великом не случилось ничего серьезного. Мысль об этом не вызывала у меня никакого энтузиазма; с другой стороны, до самолета была еще куча времени, а гулять в таком мрачном настроении где-то в городе тоже не хотелось. Так что, поразмыслив, я собрала себя и велосипед и со скрипом (во всех смыслах) продолжила путь.
Очень скоро дорожка вышла из леса, и показались те самые виды, которые я навоображала себе раньше. Я залила стресс чашкой кофе в кафешке, подвернувшейся очень кстати, и выехала на набережную. Дорожка становилась всё приличней – широкая, ровная, относительно прямая, с лавочками и туалетами по пути.
Да и пейзажи вокруг всё чаще притягивали взгляд, так что приходилось то и дело слезать с велика, чтобы ими полюбоваться.
Спустившись с холма, я заметила тропинку, ведущую на пляж, и потащилась с неповоротливым конем по песку, чтобы рассмотреть поближе эти хрупкие песчаниковые образования.
Берег был совершенно дивный, и мне стало радостно от того, что я все-таки добралась до этих мест.
Были здесь и мои любимые «природные аквариумы» – приливные бассейны, о которых я уже не раз писала.
В районе Howrah, за тем самым пляжем, куда я ездила «на пленэр» в мае, велодорожка закончилась, и я решила, что пора поворачивать назад. Снова ехать по Тасманову мосту ужасно не хотелось, но выбора не было: другой мост находится больше чем в пяти километрах вверх по течению, а налаженной паромной переправы в Хобарте нет. С грехом пополам перебравшись на другой берег, я покатила в ботанический сад, надеясь полюбоваться весенним цветением. Цветение не поразило размахом и великолепием, так что я сделала всего пару кадров для проформы. Перед поездкой я купила телескопический штатив, чтобы поснимать крутую себя на велосипеде в Хобарте. Однако с крутизной в этот раз как-то не задалось.
У меня еще оставалось время до крайнего срока сдачи велика, и я решила зарулить в один музей, в который всё никак не удавалось попасть.
Это скромное сооружение – аккуратно воссозданная копия хижины, в которой жили и работали участники Австралийской антарктической экспедиции 1911–1914 годов (очень качественная и подробная статья, рекомендую). Оригинал по-прежнему стоит на мысе Дэнисон, и за сто лет климат этой части Антарктики – самый суровый на Земле – изрядно поистрепал историческое наследие. Чтобы собрать денег на его восстановление, а заодно рассказать людям об экспедиции, и построили эту копию – на том самом месте, откуда стартовало в далекий летний день китобойное судно «Аврора». На его борту плыли ученые, инженеры, погонщики собачьих упряжек, фотограф и хирург, а с ними вместе – всё, что нужно было для жизни в неисследованной опасной земле: провизия, инструменты, оборудование и топливо, отборные гренландские лайки и скандинавская древесина для постройки хижин. Для музейной копии специально заказывали балтийскую сосну с той же самой лесопилки.
Музей кажется маленьким снаружи, но экспозиция там очень обширная: фотографии, документы, артефакты и даже кинохроника, сделанная участниками экспедиции. А центральное место занимают восстановленные интерьеры. Восемнадцать человек во главе с организатором путешествия, геологом Дугласом Моусоном, ютились в этой единственной жилой хижине, которую сами и построили, пробивая динамитом отверстия для свай.
Помимо важных и нужных вещей, необходимых для выживания и работы, участники экспедиции привезли с собой частички уютного, привычного мира, чтобы скрасить суровые будни: книги, фотографии родных и любимых, музыкальные записи. Легко себе представить, как умиротворяюще звучал голос оперной дивы Нелли Мельбы на фоне завывающих снаружи антарктических ветров.
В отличие от обычных музеев, здесь нет подлинных предметов – только копии. Поэтому можно без опасения всё трогать и рассматривать, в том числе эти винтажные кошки-снегоходы.
Незаметно наступило пять часов, и я поехала в прокатную контору, размышляя попутно о том, каким трудом и какими жертвами (не все члены экспедиции вернулись из нее живыми) человеку дается знание. Сдав велик, я сконфуженно призналась, что пережила вместе с ним «небольшое происшествие». «Авария, – понимающе кивнул хозяин. – Это со многими случается». После осмотра он утешил меня, что серьезных поломок нет и он быстро всё это починит. «Спасибо, что рассказали, – добавил он кротко. – Тут люди на днях тоже попали в аварию, так они просто поставили велик в угол и тихонько ушли». Там, куда он указывал, стояла голая рама без колес. Подившись философскому спокойствию хозяина, я распрощалась с ним и отправилась на поиски ужина. До автобуса в аэропорт оставался час.
А потом, в самолете, я поймала себя на том, что мне приятно вспоминать этот день. Конечно, мне далеко до героических покорителей полюса. Да что там говорить – до настоящих велопутешественников мне тоже как до Луны пешком, и читая отчеты
cfagnum, которая пересекла на двух колесах всю Норвегию с юга на север, я могу лишь восторженно ахать и охать. Но у меня было теперь собственное маленькое приключение, и я была очень рада, что все-таки не сдалась и проехала эти несчастные тридцать километров по Хобарту.
